Несмотря на множество критических публикаций, нужно признать — сланцевая добыча в США (и нефти, и газа) пока выглядит неплохо. Со дня на день на нефтяном месторождении Bakken, что в центре Северной Америки, нефтедобыча составит 1 миллион баррелей в день. Стремительно увеличиваются темпы добычи на наиболее успешном газовом сланцевом месторождении — Marcellus. Но каковы дальнейшие перспективы? Мнения на этот счёт часто представляются противоположные даже в среде специалистов отрасли. Дополнительно усложняет понимание ситуации тот факт, что американская нефтяная и газовая добыча влияет не только на мировую экономику, но и на политику. В результате, на объективно сложную проблему оценки перспектив такой добычи наслаивается фактор информационных войн. А не будучи напрямую вовлечёнными в эти процессы, до недавнего времени делать выводы приходилось по косвенным данным. Что кое-какие прогнозы позволяло сделать, но, скажем прямо, не всегда успешно. Так, например, после стремительного падения числа работающих «на газ» буровых в начале этого года многие ожидали соответствующего падения и газовой добычи. Но этого не произошло, так как с помощью новых методик были интенсифицированы темпы бурения. Но понять это удалось только «задним числом».
О том, что прогнозировать успехи или неуспехи сланцевой добычи сложно, говорит и то, что даже американское Минэнерго (точнее его аналитическое подразделение EIA), которое, казалось бы, владеет максимальной полнотой статистических данных, уже неоднократно ошибалось в своих оценках. Причём здесь можно было бы заподозрить корыстный интерес. Но нет, напротив — прогнозные объёмы оказывались меньше реальной добычи.
Но в последние месяцы кое-что изменилось. С октября этого года EIA стало выпускать новый тип отчётности — DPR (Drilling Productivity Report). И, как представляется, основываясь на этих данных, можно с достаточной точностью оценить перспективы сланцевых месторождений США. Такую попытку для двух месторождений мы сейчас и попытаемся предпринять.
Как известно, темпы добычи на нетрадиционных месторождениях нефти и газа определяют два параметра. Во-первых, с какой скоростью старые скважины снижают производительность (дебиты) и выбывают из фонда. Во-вторых, с какой скоростью месторождение увеличивает добычу за счёт ввода в строй новых скважин. Новый ежемесячный отчёт DPR выдаёт нам два параметра для основных месторождений — это объём роста добычи из новых скважин и объём падения добычи из действующих скважин. Соответственно, рост добычи на месторождения возможен до тех пор, пока эти два показателя не сравняются.
Вот так, например, это выглядит для наиболее успешного месторождения сланцевого газа Marcellus.

В последнее время среднемесячный ввод добычи на Marcellus составлял около 14 млн кубометров в день, а вывод — 5 млн м3/д. То есть если даже в наиболее консервативном варианте оценки допустить, что темпы ввода добычи перестанут расти и останутся на уровне 14 млн м3/д, добыча на Marcellus будет расти до тех пор, пока красная линия не сойдётся с синей.

И при таком «негативном» сценарии: «синяя» линия завтра станет горизонталью, а вывод будет расти быстрым темпом +0,21 млн м3/д каждый месяц (как в наиболее проблемном, судя по графику, 2011 году), добыча успеет вырасти до 670 млн м3/д к концу 2017-го, в то время как сейчас она составляет 356 млн м3/д. То есть удвоится. В более понятных нам кубометрах в год — с 130 млрд кубометров в настоящее время до 245 млрд кубометров к окончанию 2017 года.

Конечно, возможно всякое, кое-какие ограничения этой методики описаны ниже. Но исходя из сегодняшних данных, можно сделать только такой, очень позитивный вывод для Marcellus.
Не столь яркое различие между темпами прироста и вывода на нефтяном месторождении Bakken, но и здесь ожидается достаточно длительный период роста.


К настоящему времени ввод в строй составил 89 тыс. баррелей в день, вывод — 63 тыс. б/д. То есть добыча за месяц приросла на 26 тыс. б/д. Очевидно, что завтра вывод не станет «вдруг» 86 тыс. б/д, то есть Bakken будет ещё расти и расти, пока вывод в 60 тыс. б/д будет подбираться к вводу. Если не интенсифицировать темпов бурения, то рано или поздно вывод тоже составит 86 тыс. б/д и добыча-таки перестанет расти. Весь интенсивный период разбуривания Bakken, а это два с половиной года, вывод рос линейно. Учитывая аналогичный сценарий и то предположение, что методики добычи не будут улучшаться (то есть довольно консервативный сценарий), вывод достигнет ввода летом 2015-го при уровне добычи в 1,26 млн б/д.

Даже если допустить ускорение вывода относительно темпов последних 2,5 лет на 15%, то потолок Баккена достигнет 1,18 млн б/д в марте 2015-го. И это если не будет никакого прогресса по бурению и ГРП (гидроразрыв пласта), что маловероятно, так как прогресс наблюдался всё последнее время. Итак, прогноз-минимум по Bakken — 1,26 млн баррелей в день к весне–лету 2015 года и последующий выход на плато.
Сделав эти выводы, нужно сказать о некоторых допущениях.
Во-первых, мы исходим из того, что качество всех разбуриваемых участков на месторождениях в среднесрочной перспективе примерно одинаковое. Как известно, подозрения в том, что сейчас бурятся лучшие участки, — одно из основных для критиков перспектив сланцевой добычи. Тем не менее, пока сравнение динамики ввода скважин и увеличения добычи говорит в пользу того, что ухудшения качества участков не наблюдается.
Во-вторых, мы намеренно взяли наиболее перспективные месторождения, откуда «убегать» буровые скорей всего не будут. Напротив, интенсификация темпов бурения может даже увеличить приросты добычи. Поэтому приведённые выше оценки — это скорее программа-минимум. Но на других участках ситуация более сложная.
В данном материале внимание акцентировано исключительно на объёмах добычи, которые можно проанализировать с помощью описанных экстраполяций. Добыча будет расти, и спорить с этим сложно. В то же время мы далеки от того, чтобы считать сланцевую революцию «панацеей» от будущего энергетического голода. Вопросы остаются. Во-первых, экология. Во-вторых, только месторождения Marcellus для газа и Eagle Ford и Bakken для нефти показывают такую привлекательную динамику. На многих других месторождениях фактически роста нет, а на некоторых ― и падение, то есть месторождение месторождению рознь. Наконец, остаются вопросы по энергетической рентабельности, себестоимости. Вопрос сланцевой добычи — многоплановый, и свести всё к простым ответам — в ту или иную сторону ― было бы неправильно. Тем не менее, пока добыча будет расти. В нефтяной геополитике это означает, что США будут снижать свою зависимость от импорта нефти со всеми вытекающими из этого последствиями. В области газовой геополитики — достаточно масштабный экспорт СПГ из США вполне вероятен. Что Соединённые Штаты, без сомнения, используют, чтобы снизить уровень партнёрских отношений России с Китаем и Европой, в большей степени замкнуть на себя Японию. Каких-то критических последствий для России это не вызовет. Но коллизии получатся более запутанные, и это нужно учитывать при разработке стратегий. Спрятав голову в песок и объявив сланцевую революцию мифом, можно в результате проиграть больше.